Архивы

Мужчина об отношениях с женщиной

258643Я научился жить с женщиной. Это не так, как пишут в романах. Например, я не знал, что длинные волосы у женщины — это не только редкая красота, касающаяся ее поясницы, ее женственность и шарм. Но и аккуратность в самую первую очередь с моей стороны. Ведь, когда она лежит рядом со мной, я должен обязательно помнить о том, что нужно убрать сначала ее волосы с подушки, а затем прилечь к ней ближе. Это со временем становится привычкой.

Я не знал, что если у нее плохое настроение, то следует немедленно ее обнять, выяснить в чем же дело, а затем успокоить. У меня с этим совсем по-другому. Когда у меня паршиво на душе, я не люблю, когда меня об этом спрашивают, лезут мне в душу — такие моменты мне нужно всегда переболеть самому.

Я не знал, что если она никогда не просит меня о помощи, то всегда ждет, когда я сам предложу. «Не трогай, я сделаю сам!». «Да я могу и сама…» Нет, не может! Точнее, ждет, когда я настою на своем. Ей важно чувствовать себя женщиной, а лошадью могу побыть и я. Кстати! Если не позволять ей поднимать ничего тяжелее букета роз, то в скором времени можно заметить, что плохое настроение у нее бывает реже, а улыбка на лице каждый день.

Я не знал и того, что женщина — это не только любовница, с которой можно разделить постель, ванную, кухонный стол. Но еще и друг, которого нужно внимательно слушать. Слышать, когда слушаешь, даже, когда она говорит ни о чем. Женщина — не загадка, нет. И на каждый свой вопрос, я могу получить ответ, если буду хоть немного внимательнее. Она всегда говорит, что ей нужно. Всегда! Странно, когда мужчины говорят, что не знают, чего хочет их женщина. Скорее всего, им не хочется этого знать.

Я не знал, что отношения — это не только я, но еще и «я» в квадрате. Каждый должен делать свой шаг, пока оба не столкнутся губами. Если ты стоишь на месте, а другой идет тебе все время навстречу, то, скорее всего, однажды ты останешься у него позади. Каждый делает свой шаг. Безногому не место на старте… А столкнуть в пропасть другого — это еще далеко не конец. С любой ямы всегда можно выбраться, главное — не отвергнуть руку того, кто тебя туда толкнул. А вцепившись в нее, не ждать удобного момента, когда можно толкнуть в ответ. Делать «в ответ» и «взаимно» — это пить яд обоим из одного бокала. Даже, когда другой знает о губительном свойстве. Нужно выливать из сосуда то, что убивает, а вместо него наливать то, что пьянит. Например, месть, которая — блюдо, и только в холодном виде, не дает ожидаемого эффекта, а всего лишь аффект. Как, например, нежность рук — от нее пьянеешь гораздо сильнее, чем от любого отменного вина. Нежность, как блюдо, советуют подавать «в ответ»! Но только в горячем виде.

Я не знал, что чувства находятся не внизу живота, а на кончиках пальцев, которыми ты прикасаешься к ней. И если арфа играет, значит это твой инструмент. Ведь пальцы невозможно настроить. В тебе либо есть талант, либо его нет…

Вячеслав Прах,

«Кофейня-2»

Как перестать лениться? Простая, но эффективная психологическая техника самоменджмента

самоменджментКалендарик-пинарик: Как перестать лениться?

К русской классике Что делать и кто виноват? постепенно и неумолимо добавляется третий вопрос: Как перестать лениться?. Отлично.

Как замотивировать себя на реальные и, главное, регулярные действия по планированию и анализу эффективности использования времени? Пост-тренинговые эффекты имеют гнусное свойство рассасываться, как швы на сеансе Кашпировского. Потому как не изнутри они проросли, эффекты эти, давление привычек всей пред-тренинговой жизни так или иначе возобладает. Лично я пришел к выводу, что нужен некий механизм, который бы служил и мотиватором, и напоминатором. Так сказать, ПоГоловеСтучатором.

Теперь о том, как это работает

Делаем табличку.

Берем карандашик и ручками (именно ручками, и никак иначе!) заштриховываем прожитые годы, а также прошедшие дни текущего года. Жирненько так заштриховываем, с чувством, с толком, с расстановкой. Можно с воспоминаниями. Ах, этот 1991-й Золотое время, заря российского капитализма

Простым карандашом вписываем основные цели (сильно лучше не давить, все равно потом придется стирать).

Ставим на рабочий стол.

Каждый день утречком зачеркиваем половину квадратика текущего дня, а вечером весь квадратик. И так каждый день.

Очень важно, чтобы календарик-пинарик находился перед глазами большую часть дня. Поэтому у меня стоит на столе в кабинете в офисе. Уйду на покой писать мемуары будет дома.

Все, больше делать ничего не нужно. Я имею в виду на старте, при начале внедрения в свою жизнь технологий самоменеджмента. Стоит себе и стоит пинарик на столе. День стоит, неделю, месяц. Можно дизайн поменять то есть перепечатать заново, но опять же ручками все заштриховать, без всяких там мелкоячеистых автоматических заливок. И пусть стоит дальше.

Почему такой убойный эффект?

Не знаю у кого как, а из тех людей, кто по моему совету такую штуковину себе изобразил, дольше двух месяцев прежней жизни никто не выдержал. Потому как время материализовалось, потому как своими руками прожитое перечеркиваешь каждый день. А вот с прогрессом в разделе целей ситуация чаще всего не так оптимистична, там динамика совсем иная.

Из всех человеческих изобретений хуже ядреной бомбы только часы с круглым циферблатом. Да и электронные, с цифрами, тоже не лучше. Что ни утро то День сурка. Вроде бы все сначала. И кажется, что так будет всегда. Но берешь пинарик, смотришь на прошедшие собственной рукой зачеркнутые десятилетия, на вычеркнутое вчера, на весь вымаранный из жизни январь, просматриваешь цели, задумываешься над строчкой предстоящих и весьма может быть, что не очень-то и многочисленных лет И говоришь себе крупными буквами: НУ И КАКОГО ?

А дальше все как-то само собой. Хронометраж, планирование, исполнение, анализ, управление, легко и просто. Потому как изнутри произросло, потому как этот несчастный листочек бумаги лишает надежды на то, что все как-нибудь сложится. А оно не сложится. Просто жизнь пройдет. Самое смешное, что прекратить вот это глупое бумагомарательство, эту ежедневную тридцатисекундную возню с календариком-пинариком нет никакой возможности.

Так что если интересно, как перестать лениться, то советую инвестировать в эксперимент по самомотивации один лист бумаги и тридцать секунд времени в день. Глеб меня, конечно же, убьет, но опять скажу не нужно начинать с подробного хронометража. Его, хронометража, результаты это зерна, которые должны упасть на подготовленную почву. Готовить почву хронометражом то же самое, что перед посевом вспахивать землю бомбардировкой, да еще и в декабре. Всему свое время, пусть накопится критическая масса мотивирующих факторов. Хочется взять время под контроль, но не хочется париться с учетом и планированием? Напечатайте себе пинарик и ручками (именно ручками!) его разукрасьте. И пусть стоит перед глазами, он ведь есть не просит.

А дальше все будет хорошо.

Автор директор по операциям компании «Арсеналъ»

История успеха. Лучший среди никого.

foto-6С 7 апреля в прокате фильм «Эдди «Орел»» о британском прыгуне с трамплина Майкле Эдвардсе. Его очки в толстой оправе, неистребимый энтузиазм и презрение к смерти завоевали сердца тысяч поклонников по всему миру после его провального выступления на зимней Олимпиаде в Калгари в 1988 году.

Майкл Томас Эдвардс (для краткости просто Эдди) родился 5 декабря 1963 года в Челтнеме (Англия). Паренек с плохим зрением, но большими амбициями всю жизнь мечтал попасть на Олимпиаду, чтобы представлять там свою страну и самого себя. Он много работал над собой, чтобы стать лучшим, но результаты оставались весьма посредственными.

К 20 годам Эдди уже стал неплохим горнолыжником и пытался попасть на Игры 1984 года в Сараеве, но ему не хватило совсем чуть-чуть, чтобы пройти квалификацию в британскую команду по даунхиллу.

В 1986 году он переехал в Лейк-Плесид, чтобы иметь доступ к более сложным горнолыжным трассам, и начал усиленно готовиться к Олимпийским играм в Калгари. Но деньги вскоре закончились, а олимпийская мечта осталась. И тут Эдди на глаза попался здоровенный трамплин, с которого лихо скатывались лыжники и летели многие десятки метров вперед, смешно расставив ноги. То что надо! 60 лет Великобритания не выставляла прыгунов с трамплина на Олимпийские игры — да у него просто не будет конкурентов!

Эдди никогда не приходилось прыгать на лыжах, но нужно было начинать. После пары часов на 15-ти метровом трамплине Эдди перебрался на 40-ка метровый, и первое же приземление стало неудачным. Затем еще одно, и снова, и снова…

Тогда он обратился к местному тренеру Чаку Бергхорну с просьбой научить его азам этого экстремального спорта, и уже через пять месяцев Эдди освоил 70-ти метровый трамплин.

Бергхорн не был мировым специалистом по прыжкам, и в отличие от персонажа Хью Джекмана не завоевывал олимпийских медалей. Он много лет работал в тренировочном центре по прыжкам с трамплина — приводил в порядок склон, а по выходным выступал на любительских соревнованиях. Но все же у Бергмана было почти 30 лет опыта в прыжках, в то время как у Эдвардса опыта не было вообще.

«Когда Эдди пришел подписать стандартные формы отказа от претензий на случай, если он под моим руководством свернет себе шею, я смотрел на него и никак не мог поверить, что собираюсь его тренировать», — рассказывает Чак.

«Эдди был уже в возрасте, носил самые толстые очки, которые я только видел, и своими габаритами никак не подходил под параметры прыгуна с трамплина: он был коренастым и был явно тяжелее всех своих конкурентов».

Эдди весил 82 килограмма — на 9 килограммов тяжелее своего ближайшего конкурента и в соответствии с законами физики при прочих равных, Эдди в любом случае пролетит меньшее расстояние. К тому же у Эдди была серьезная дальнозоркость, и без очков он не видел дальше собственного носа — значит, он был вынужден носить их под спортивными горнолыжными очками, и они неизбежно запотевали.

У Эдди катастрофически не хватало денег, все необходимое пришлось брать напрокат или довольствоваться сильно потасканным снаряжением.

У шлема, который дал ему Чак, был оторван ремешок, и Эдди подвязывал его веревочкой, а ботинки были так велики, что приходилось надевать по пять пар носков, чтобы не потерять их во время полета.

Бергхорн впоследствии вспоминал: «Я не буду врать и скажу, что не было ни одной секунды, когда я думал, что он сможет добиться успеха на Олимпиаде. Особенно когда мы начали тренироваться — у него были нулевые способности, ни одной унции мастерства, и вообще он был плохо обучаем. Но было в Эдди что-то такое, что подкупало меня. Вот эта бессмысленная воля к победе, бесстрашие и упорство. Если он вбил в голову себе эту идею, то ее нельзя было вышибить ничем, он не слушал никого».

Едва Эдди вошел во вкус, и у него начало хоть что-то получаться с прыжками, деньги закончились совсем. Тогда ему пришлось покинуть Соединенные Штаты и вернуться домой. Но ненадолго.

Из психбольницы на Олимпиаду

В отсутствие финансовой поддержи Эдди крутился как мог. Он одолжил машину у матери и пустился в путешествие по Европе, чтобы участвовать в соревнованиях и набираться опыта.

Деньги доставались тяжело — приходилось иногда менять пеленки, подрабатывая нянькой, стричь траву, подрабатывать на кухнях кабаков и в гостиницах. Он отказывал себе во всем, но продолжал нарабатывать прыжковые навыки.

Во время одного из прыжков он сломал себе челюсть, но денег на оплату врачей у него не было, поэтому он просто крепко подвязал ее наволочкой от подушки и продолжил тренироваться.

Никто не говорил, что будет легко!

В 1986 году он установил национальный британский рекорд, прыгнув на 68 метров в Кандерштеге (Швейцария), что значительно приблизило его олимпийскую мечту, затем были Сен-Моритц, Оберсдорф и другие соревнования. Наконец, в 1987 году Майкл Эдвардс удостоился чести представлять Великобританию на Чемпионате Мира, где он занял последнее место с результатом 69,5 м (побив свой предыдущий рекорд). Это был лучший результат среди соотечественников Эдди, так как он один выступал от Великобритании.

Новость о включении в национальную олимпийскую сборную застала Эдди в Финляндии, где он поселился в муниципальной психиатрической лечебнице (это был самый дешевый вариант съема жилья) и подрабатывал штукатуром, чтобы обеспечить дальнейшие самостоятельные тренировки на трамплине. Трудно представить всю гамму чувств, которые испытал Эдди — наверное, это и называется «быть на седьмом небе от счастья».

Множество соревнований, в которых он успел поучаствовать в Европе, показали, что публика принимала его на отлично. Забавный британец в толстенных очках, нескладный и неуклюжий, но вечно улыбающийся зрителям, пришелся по нраву искушенной толпе. Чем хуже он выступал, тем популярнее становился. Журналисты прозвали его «Мистер Магу» в честь мультипликационного персонажа — эксцентричного старичка, вечно попадающего в самые нелепые ситуации. Но Эдди и представить не мог, какой прием ждал его на Олимпийских играх в Калгари.

Калгари

Приключения в Калгари начались уже в аэропорту. Казалось, сама судьба насмехается над ним: его чемодан раскрылся на ленте выдачи багажа и повсюду разлетелись разноцветные носки, трусы и спортивные костюмы. Неуклюжий британец прыгал по движущемуся конвейеру, собирая свое добро, а другие пассажиры застенчиво смеялись — настоящий «Мистер Магу»! Отличное начало дня для будущего чемпиона.

На выходе Эдди ожидала съемочная бригада канадского телевидения и небольшой клуб поклонников с транспарантом «Добро пожаловать в Калгари, Эдди Орел!». Это было неожиданно, но Эдди быстро совладал с собой и направился к ним, заготовив пару приветственных слов. Но вот незадача! На пути оказалась автоматическая стеклянная дверь, и она не работала. Эдди со всего разгона впечатался прямо в нее — очки вместе с носом были разбиты, лыжи полетели на пол, ребята с транспарантом оглушительно захохотали. Эдди приехал в Калгари в статусе любимчика публики. Среди журналистов было немало авторитетных людей, которые поддерживали его. Например, спортивный журналист The Times Дэвид Миллер писал, что Эдвардс и его английские товарищи заслужили право участвовать в Играх, даже несмотря на свои скромные результаты, ведь олимпийцы должны руководствоваться принципом основателя Игр Пьера де Кубертена: «главное не победа, а участие».

На пресс-конференцию самого Эдди собралось внушительное количество журналистов серьезных мировых изданий, которые предпочли «шоу Эдвардса» скучному брифингу председателя Международного Олимпийского Комитета Хуана-Антонио Самаранча. И они получили это шоу сполна: сперва Эдди заблудился в олимпийской деревне, а затем охрана не хотела пускать его в пресс-центр из-за того, что он забыл в номере свою аккредитацию. Никто из представителей СМИ не пожалел о том, что их заставили ждать. Как только Эдди занял место перед телекамерами, он сходу заявил: «Где это написано, что Олимпиада только для победителей?» и сорвал бурные аплодисменты.

Соревнования по прыжкам с 70-ти метрового трамплина были назначены на День Святого Валентина. Знаменитый «летающий финн» Матти Нюканен побил олимпийский рекорд первым же своим прыжком на 118,5 метров. Но многие среди тех 46 000 зрителей, кто собрался у трамплина в тот день, ждали еще одного героического выступления.

Когда на верхней части рампы появился Эдди в своих толстенных очках и с лошадиной улыбкой, накачанный адреналином и гордостью, толпа начала скандировать «Эдди! Эдди!». На его шлеме золотыми буквами было выведено «Орел» — не из-за его тщеславия, а в качестве дани многочисленным поклонникам. Говорят, даже тогдашний Президент США Рональд Рейган оторвался от работы, чтобы посмотреть на отчаянного британца, который рискует сломать себе шею, ставя собственный олимпийский рекорд. Обе попытки «Орла» не превысили 55 метров, он остался в 16 метрах позади своего ближайшего конкурента. Он занял последнее 58 место, но это никого не разочаровало — Эдди был жив и здоров, снова улыбался и махал зрителям рукой.

Соревнования по прыжкам с 90-метрового трамплина несколько раз отменяли из-за сильного бокового ветра, и в итоге один из организаторов игр подошел к руководству британской команды и попросил их повлиять на Эдвардса и попросить его отказаться от своей попытки. По закону они не могли запретить ему выступать, если он смог квалифицироваться на игры, но опасения были не беспочвенны — с такой плохой техникой выполнения прыжка, как у Эдди, можно было ожидать чего угодно. Эдди был бесстрашен и никакой боковой ветер не мог помешать ему сделать то, о чем он мечтал.

Первой же своей попыткой он установил свой персональный и национальный британский рекорд, прыгнув на 71 метр. Но это было всего лишь 55 место.Из 55.

В конце концов, результат был не так важен. Эдди удалось осуществить свою мечту: он попал на Олимпиаду в форме своей национальной сборной и вернулся домой целым и невредимым, хотя почти все вокруг были уверены, что ему не удастся ни то, ни другое.

На церемонии закрытия Олимпиады в Калгари президент Оргкомитета, Фрэнк Кинг, выделил Эдвардса среди других атлетов: «На этих играх некоторые из вас завоевали золото, другие побили рекорды, а некоторые даже воспарили, как орлы».

Правило Эдди Орла

Появление Эдвардса на Олимпийских Играх в Калгари стало настоящим шоком для спортивного истеблишмента. Как такой неудачник мог оказаться среди лучших атлетов планеты? Что будет, если его примеру последуют другие «спортсмены»? Это же превратит Игры из серьезного статусного мероприятия в настоящую комедию!

После оглушительного провала Эдвардса Международный олимпийский комитет установил новые правила допуска атлетов на игры.

Оно стало известно как «Правило Эдди Орла» и гласило, что атлет, претендующий на участие в Олимпийских играх, должен предварительно зарекомендовать себя в других международных соревнованиях (Чемпионате Европы или Мира) и войти либо в 50-ку лучших спортсменов на этих соревнованиях, либо в число 30% лучших результатов на соревнованиях (в зависимости от количества участников). Это новое правило закрывало дорогу на Игры тем спортсменам, которые, будучи лучшими на своей родине, никуда не годились по сравнению со своими конкурентами из других стран.

Из-за нового регламента Эдвардс не смог попасть на Олимпийские игры в Альбервиле (1992) и на игры в Лиллехаммере (1994). Последнюю попытку он совершил в 1998 году перед играми в японском Нагано, но ему снова не повезло. Он не прошел квалификацию, уступив буквально пару мест своим более удачливым соперникам.

После Олимпиады бывший штукатур из Челтнема превратился в мировую знаменитость. Эдди посетил десятки телешоу, заработал несколько сотен тысяч фунтов стерлингов и наконец-то добился того признания, о котором мечтал столько лет. Крупные компании вроде Olympus иCadbury бились за его согласие сняться в их рекламе. Эдди стал звездой шоубизнеса и даже записал несколько песен на финском языке и сингл «Fly, Eddie, Fly», который попал в британский «Топ-50». Он закончил университет с дипломом юриста, но не стал скучным адвокатом, а продолжил работать лыжным инструктором и приглашенным гостем на зимних спортивных мероприятиях. В 1988 году он выпустил книгу о своей карьере, а к 2016 дожил и до фильма-байопика.

В 2010 году Эдвардс все же снова попал на Олимпийские игры, ну или, по крайней мере, был очень близок к этому — его выбрали факелоносцем, и он пробежал несколько миль в январе 2010 года, неся огонь, который открывал игры в канадском Ванкувере.

Несмотря на провальные результаты своих выступлений, неудача Эдди растопила сердца людей по всему миру. «Орел» стал воплощением истинно «олимпийского духа» — стремления к победе и желания сражаться за нее несмотря ни на какие препятствия и неудачи.

статья Романа Соркина

Трогательная история о поддержке и силе мечты

Очень необычная и трогательная история о силе мечты и поддержке

Искра во Вселенной

группа поддержкиВсё началось осенью 2008 года. У Саши — тяжелейший курс лечения химиотерапией. У Героя России Юрия Лончакова — третья в его карьере космическая экспедиция. Вместе с двумя американскими коллегами ему предстояло провести 6 месяцев на МКС. Это был первый полёт, когда у российского космонавта появилась возможность звонить из космоса близким на землю и обмениваться с ними письмами по электронной почте. Среди земных адресатов космонавта был его друг, врач Олег Татков. «В каждом своём электронном письме Юра присылал фотографии разных уголков нашей планеты, которые делал в космосе, — рассказывает Олег. — Однажды знакомая в разговоре со мной обмолвилась, что в онкоцентре на Каширке лежит мальчик, которого готовят к пересадке костного мозга. Ситуация тяжёлая. Но медики от ребёнка не отказываются, потому что пересадка — единственный шанс на выздоровление. Ещё она сказала, что мальчик даже в больничном боксе рисует космос, интересуется всем, что с ним связано. Я предложил: давай, через тебя буду передавать ему фотографии, которые мне шлёт с орбиты Юра. Так и поступили».

А через пару недель Олег отправил Лончакову на МКС письмо: «Юра, привет! У нас после твоих фотографий происходят чудеса — мальчик вернулся к жизни. Я имею в виду его мотивацию. Одна проблема — у него никак не падает температура, уже две недели 39,5˚, из-за этого нельзя делать операцию, а время поджимает. Саша очень хочет написать тебе письмо. Я пообещал, что передам тебе его послание. Юра, если это возможно, позвони мальчику».

Когда на следующий день во время утреннего обхода в бокс к Саше зашёл профессор Игорь Долгополов, мальчик сказал: «Представляете, мне разрешили написать космонавту. Только у меня нет ни компьютера, ни электронной почты. А письмо вот есть», — он протянул листочек. Профессор взял Сашу за руку и повёл в свой кабинет. Сел за компьютер, посадил мальчика рядом. Перепечатал письмо, нажал на клавишу «Послать». И тут Саша с удивлением заметил, что у обычно собранного и выдержанного доктора на глазах появились слёзы: «Сашка, ты представляешь, что ты сейчас сделал! Ты послал сердечную искру к другому человеку через Вселенную!»

Вернувшись в палату, мальчик уснул. Разбудил его звонок мобильного. Мама, которая дежурила рядом с кроватью сына, удивилась: «Номер странный, такой длинный». На том конце провода раздалось бульканье, потом мужской голос: «Это космонавт Лончаков. Я хочу поговорить с Сашей». «У меня внутри всё сжалось, — вспоминает Саша. — Я чуть не задохнулся от эмоций: мне позвонили из космоса, настоящий космонавт. Боялся только, чтобы это не было розыгрышем. Я никак не мог осознать, что дядя Юра звонит оттуда. И так скоро — ведь письмо я отправил всего несколько часов назад». — «Саша, Олег переслал мне твоё письмо. Как себя чувствуешь? Брат, держись! Сдаваться нельзя. Вот увидишь — всё будет хорошо».

Весть о том, что Саше позвонили из космоса, тут же дошла до ординаторской. Впрочем, трудно сказать, что больше поразило врачей: сам звонок или то, что случилось потом. Ведь после разговора высокая температура, которая держалась две недели, спала. Дорога к пересадке костного мозга была открыта.

День после операции врачи называют «днём номер ноль». Это словно отсчёт новой жизни. Пациент либо идёт на поправку, либо угасает. Саша лежал в стеклянном боксе, где поддерживался режим полной стерильности. Родители общались с сыном через стекло. Ласково называли его «наш китайчик» — Саша опух, вместо глаз были щёлочки. Иммунитет на нуле. Перелитые в кровь новые клетки ещё не прижились. Сегодня Саша вспоминает, что в те дни много спал. Однажды ему приснилось, что он летит на Марс. Когда проснулся — улыбнулся, вспомнил примету: если летаешь во сне, значит, выздоравливаешь. И он действительно выздоравливал. Прямо-таки космическими темпами. «Лучше бывает редко», — говорили о нём врачи.

Когда Саше сделали операцию, Юрий Лончаков вместе с экипажем приземлился в Казахстане. Космонавт, как и мальчик, оказался под круглосуточным наблюдением врачей. После полугода, проведённого в невесомости, полагалась послеполётная реабилитация. Лончаков звонил мальчику, шутил: «Видишь, ты — в боксе и я — в боксе». Скоро встретимся. И спасибо тебе, Саша. Ты мне помог». — «Дядя Юра! Я — вам?!»

«Они друг друга вытаскивали из непростой ситуации, — объясняет Олег Татков. — Ведь что такое провести полгода в закрытом пространстве на орбите? Тяжёлое испытание. Помню, Юра позвонил из космоса и попросил: «Прокатись на машине от Звёздного до Москвы, поснимай дорогу». — «Ты что, Юр! Кругом слякоть, серость. Смотреть не на что!» — «Старик, я тебя прошу. Мне хочется представить, что я еду по этой дороге». И тут я понял, как им там непросто. Когда писал о болезни Саши, сомневался — можно ли его загружать этой информацией? Оказалось, наоборот. История Саши стала для Юры подспорьем. Она, я думаю, даже помогла ему — связала ещё одной ниточкой с Землёй. Но самое удивительное, что письмо до Юры дошло. Есть специальные инструкции, которые регламентируют, что можно сообщать на орбиту, что нельзя. Все письма с Земли проходили несколько кордонов различных служб как российских, так и американских, ведь полёт был международным. И по всем инструкциям его не должны были пропустить. Но ни у кого не поднялась рука «убить» эти строки».

А строки были такие: «Здравствуйте, дядя Юра. Не верю, что пишу вам в космос. Очень рад. Сейчас мне трудно. Я нахожусь в отделении химиотерапии Института детской онкологии в Москве. Мне поставили диагноз — лимфогранулематоз. Это опухоль, и я получаю химиотерапию. Я готов кричать в космос: «Хочу вылечиться!» А вам там слышно меня?»

Там, в космосе, Сашу услышали. И в первый же после получения письма сеанс связи с Землёй космонавт набрал телефон мальчика, который мужественно боролся за жизнь. И верил, что Вселенная отзовётся на его крик о помощи.

Личное знакомство Саши и Юрия Лончакова состоялось осенью прошлого года, когда мальчик вместе с папой гостил у космонавта в Звёздном. Тогда же он пригласил дядю Юру к себе домой. И тот обещал, что обязательно выберется. Саша живёт в Ставропольском крае, в пригороде Невинномысска. Их семья — мама, папа, младший брат, собака Джесси и кот Бося — живёт в маленьком деревенском домике. Папа, капитан МЧС, спасает людей от наводнений и пожаров. На плановые обследования в Москву Сашу с мамой подвозят знакомые дальнобойщики — бюджет у семьи скромный, приходится экономить. А наблюдаться у врачей надо ещё несколько лет. Если в течение пяти лет после операции болезнь не вернётся, считай, что окончательно вылечился. Пока, тьфу-тьфу, болезнь забыла дорогу к Саше. А дорогу к чудесам он нашёл сам.

Группа поддержки «Я имею право быть!»